Логин:
Пароль:

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 2«12
Форум » Читаем » Статьи » Темная сторона силы (Александр Лебедев)
Темная сторона силы
СторожеяДата: Вторник, 03.11.2015, 18:45 | Сообщение # 16
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Хвастливость



Вообще-то изначально темой была «Гордыня», но она расползлась на части. Про высокомерие я уже написал, теперь вторая порция.

Некоторые свои черты человек принес из животного мира. Как ни странно, хвастливость – одна из таких. Это компонент стадного инстинкта, связанный с групповым обучением, и встречается не только у обезьян, но даже и у крыс. Я уже писал о том, что среди крыс встречаются разведчики, которые шарятся по округе и находят интересное, а то и придумывают интересное. И что они делают с найденным и придуманным? Благоразумно пользуются в одиночку, пока никто не видит? Нет! Они голышом с криком «Эврика!» бегут к вожаку и гордо докладывают: «Смотри, шеф, что я тут сыскал (изобрел)!» И этим повышается выживаемость популяции. Ресурс или метод, найденный одним членом стаи, быстро становится достоянием всего сообщества, а то и вида. И в этом сила стайного поведения. Если бы каждое достижение приходилось выпытывать у его обладателя индивидуально, эффект был бы не тот, не тот. Стремление поделиться опытом комплементарно стремлению учиться.

Любой инстинкт требует удовлетворения, то есть награды, которая принудит особь вести себя так, как задумано. Крыса, отказываясь от единоличного обладания ценным знанием, где стоит отличный мешок крупы, или как удобно тырить растительное масло посредством хвоста, получает нечто взамен. Очевидно, что это нечто – эфемерное, но очень важное чувство того, что эта крыса – молодец, повышения самооценки, чувства общественного одобрения, гордость, где-то даже альтруистическая самореализация. Собачники знают, какое бывает у животного выражение морды, когда ему сообщают, что он молодец, хорошо, умница!

Второй момент относится не к достижениям, а к свойствам. Особенно сильная и ловкая особь обязательно будет гордиться своими силой и ловкостью. Слава хорошего (а в идеале – лучшего) воина – это мечта кшатрия! Стая должна знать своих сильных бойцов, чтобы иметь возможность эффективно построить защиту, поэтому воин должен гордиться своими силами и умением, и демонстрировать их в поединках и турнирах. Да вообще любая слава греет, или, выражаясь корректно, является функцией общественной оценки, поднимает статус. Поэтому даже тому, кому гордиться особенно нечем, обязательно хочется гордиться хоть чем-нибудь. Это стимулирует! Это заставляет нас развиваться, стремиться к каким-то успехам в каких-то областях, свершениям, соревноваться друг с другом! А соревновательность, как я писал в статье «Не хуже других» – одна из основ иерархии, в которой – изрядная доля силы стаи.

Ситуацию несколько портит подражательность, тоже свойственная стайным животным, которой я коснулся в статье «О гуру и падаванах», и критериальная нечеткость иерархической позиции, что в сумме приводит к тому, что вместо реальных достижений напоказ выставляются вторичные маркеры этих достижений. Скажем, вот идет человек с медалью на груди. На него смотрят с уважением. Я тоже хочу уважение. Тоже хочу медаль. А еще лучше – не одну. И вот уже навстречу обладателю единственной медали идет целый казак, весь увешанный медалями. То есть просто совсем весь.

Если судить по их количеству – ветеран и герой. Или, скажем, есть богатый промышленник – финансист и организатор. Он может себе позволить купить ну ОЧЕНЬ дорогой телефон. И все смотрят на него с уважением. Я тоже хочу уважения. Я из последних сил возьму себе кредит и куплю такой же. И меня тоже будут уважать. Ага, ага.

Все эти цацки-бирюльки, как сказано выше – лишь вторичные маркеры статуса, имеющие достаточно мало ценности вне достижений, обеспечивших возможность обладания ими. Цацками могут быть не обязательно материальные предметы, но и какие-то права, выдаваемые особо отличившимся. Поэтому некоторые люди любят коллекционировать всякие должности, чины и звания, корочки, карточки и сертификаты, включая скидочные. В общем, все это то, что называется «понты», и о чем я уже писал в той же статье «Темная сторона силы - Спесь».

Последователю пути темной стороны силы понятно, что такое поведение – ошибка мышления (либо восприятия – потом разберусь), и ведет к успеху только в очень ограниченном числе случаев. Впрочем, эта ошибка настойчиво поддерживается торговцами «элитными», «VIP» и «Top-end» товарами, поэтому обывателю довольно сложно от нее отстроиться.

Вообще-то не только поэтому. Если есть инстинкт, вызывающий у человека жажду гордиться чем-то, то даже в отсутствие реальных поводов, он найдет, чем. Это известный механизм, по мере роста неудовлетворенности снижающий уровень стимула, достаточного для удовлетворения какого-то инстинкта. Когда вам в промежутке между обедом и ужином хочется чего-то вкусненького, то вы будете вертеть носом, если ваш любимый салат заправлен не тем соусом, а после трехдневной вынужденной голодовки вы с урчанием слопаете очень невкусную позавчерашнюю холодную овсянку. Или чуть сложнее:

Крэйг провел серию опытов с самцами горлицы, в которой он отбирал у них самок на ступенчато возрастающие промежутки времени и экспериментально устанавливал, какой объект способен вызвать токование самца. Через несколько дней после исчезновения самки своего вида самец горлицы был готов ухаживать за белой домашней голубкой, которую он перед тем полностью игнорировал. Еще через несколько дней он пошел дальше и стал исполнять свои поклоны и воркованье перед чучелом голубя, еще позже – перед смотанной в узел тряпкой; и наконец – через несколько недель одиночества -- стал адресовать свое токование в пустой угол клетки, где пересечение ребер ящика создавало хоть какую-то оптическую точку, способную задержать его взгляд. В переводе на язык физиологии эти наблюдения означают, что при длительном невыполнении какого-либо инстинктивного действия – в описанном случае, токования - порог раздражения снижается. Это явление настолько распространено и закономерно, что народная мудрость уже давно с ним освоилась и облекла в простую форму поговорки: «При нужде черт муху слопает»; Гете выразил ту же закономерность словами Мефистофеля: «С отравой в жилах, ты Елену в любой увидишь непременно».

Так оно и есть! А если ты голубь – то в конце концов увидишь ее и в старой пыльной тряпке, и даже в пустом углу собственной тюрьмы.

К.Лоренц «Агрессия»

Поэтому чем меньше у человека достижений, тем меньшим он склонен гордиться. Хорошо, когда можно гордиться всемирной славой, дипломами и медалями, грамотами и премиями, показывающими общественное признание, растиражированными по всем миру результатами своего труда, письмами поклонников и почтением правителей. Но, если этого нет, сойдет и городская слава, а нет и ее – что ж, слава рамках сообщества любителей экстремальных шахмат – тоже неплохо. Нет миллионных тиражей – довольно и списка публикаций, или концертов, или выставок. Иной раз и вежливые аплодисменты равнодушного зала – и то радуют. Не удалось и этого? Не беда, есть еще домашняя голубка – уважение друзей за то, как хорошо ты водишь машину, или как классно готовишь шашлык, или хотя бы как рассказываешь анекдоты. Нет голубки – остается старая тряпка: ты в профиль похож на Наполеона, ты на последние деньги купил последний айфон, ты, в конце концов, можешь выпить аномальное количество водки, или вырос до огромных размеров, или побывал на Кубе. Все сгодится. В самом отчаянном случае можно гордиться даже принадлежностью к любому народу или конфессиональной подчиненностью (эта позиция тоже активно поддерживается извне).

Русский (стоя посреди сцены и гордясь):

-Я русский! Русский!

Татарин (выходя и гордясь):

-А я татарин. Эх, хорошо мне!

Грузин (высовываясь из-за Кавказского хребта и гордясь):

-Грузин, я! Грузин!

Еврей (сидя в Шереметьеве и гордясь):

-Я еврей! Ох и еврей же я!

Народы (выбегая со всех сторон и гордясь):

- Мы-молдоване! Мы-чукчи! Мы-эвенки!

Гусь (пролетая над всем этим безобразием и гордясь):

- А я гусь! Гусь!!!

В. Шендерович


Я бы сказал, что ложность такой ситуации все равно ощущается. Поэтому те, кто вынужден гордиться мелочами, которыми обязаны природе, случайности или судорожным попыткам прикрыть свое ничтожество, невротически болезненно относятся даже не к нападкам на свои понты, а к отказу высоко их оценивать. Более того, такое невротическое поведение может даже выставляется правильным и естественным. Все мы читали в новостях о попытках некоторых православных активистов оскорбиться в чувствах чем ни попадя.

Последователю темной стороны силы должно быть ясно, что использовать мощный стимул к развитию таким жалким образом – обидно и неразумно, а понтоваться цацками – еще и смешно (в той же статье про спесь есть комичная цитата из Аверченко). Проще и приятнее всего гордиться именно реальными, признанными свершениями и достижениями. И, для того, чтобы это было просто и приятно, имеет смысл чего-то на самом деле добиться. Если вам случилось родиться хвастуном, для счастья вам желательно иметь таланты, способности и результаты деятельности, которые будут оценены даже и без того, что вы будете бегать и кричать о них всем подряд. Этим вы убьете целую толпу зайцев: у вас, по всей видимости, будут средства к существованию (таланты обычно востребованы), у вас будет достаточно высокий статус в обществе, и, наконец, вы удовлетворите свою склонность к хвастовству, не чувствуя в глубине души ущербности от попыток казаться чем-то большим, чем вы есть.

Сделайте что-то хорошее, полезное, качественное, и вы увидите, что вас будут уважать и хвалить даже раньше, чем вы успеете похвастаться этим. Это - путь хвастуна.

Немножко о технике.

В обществе традиционно ценится скромность. Это разумно, потому что достижения хвастуна часто могут быть эфемерны и иллюзорны. Поэтому, сделав что-то, не надо кричать об этом. Вброс надо делать невзначай, как бы нехотя, не сразу. Пусть людям кажется, что это они, они сами обнаружили, какой вы молодец. Дайте им тоже похвастаться своей наблюдательностью. Ваши крики: «А я хорошо рисую! Посмотрите!» привлечет во много раз меньше благосклонного внимания, нежели чье-то удивление: «А у такого-то, оказывается, вкус! И рука! Вы еще не видели?»

Тоньше надо, тоньше. Поэтому вместо «Почитайте, какая у меня хорошая статья», я пишу: «А об этом я говорил в статье такой-то».

Приложите усилия к тому, чтобы не выглядеть хвастуном, пусть даже мы с вами втайне будем знать, что это не так. Похвастайтесь своей скромностью.

Но главное – делайте что-нибудь хорошо. Ничто так не ценится обществом, как искусность. Оттачивайте мастерство, учитесь и добивайтесь – это сделает вас не просто хвастуном, а успешным, довольным собой хвастуном.

© Александр Лебедев
http://r.efialt.com


Нас только один
 
СторожеяДата: Воскресенье, 15.11.2015, 11:20 | Сообщение # 17
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Наглость и Застенчивость

Наглость, говорят, второе счастье. Может быть, оно было бы так, если бы наглецы не вызывали негодования, раздражения, злости – одним словом, протеста и противостояния.

Нет, бывают, конечно, очаровательные наглецы, капитан Джек Воробей, например. Но его антагонист в фильме, Джеймс Норрингтон – наглец противный. То есть, чтобы завоевать симпатии, наглость не есть качество ни достаточное, ни даже необходимое.

Как-то мой старший завел кота и кошку. Кошка оказалась неимоверно наглая и нахальная, на нее можно было ругаться любыми словами, она спокойно продолжала таскать куски, совершенно не реагируя на возмущение окружающих. Вместо развития и развязки приведу диалог между сыном и ветеринаром, когда сын понес животных прививать:

- Как зовут кота?

- Кот.

- А кошку?

- Никак, она глухая.


Вы поняли, да? Кошка вовсе не игнорировала вопли и протесты обиженных людей, она их просто не слышала.

И сразу цитата из Конрада Лоренца, которую я уже приводил в другой статье:

«…опыт, который провел однажды на речных гольянах Эрих фон Хольст. Он удалил одной-единственной рыбе этого вида передний мозг, отвечающий – по крайней мере у этих рыб – за все реакции стайного объединения. Гольян без переднего мозга выглядит, ест и плавает, как нормальный; единственный отличающий его поведенческий признак состоит в том, что ему безразлично, если никто из товарищей не следует за ним, когда он выплывает из стаи. Таким образом, у него отсутствует нерешительная "оглядка" нормальной рыбы, которая, даже если очень интенсивно плывет в каком-либо направлении, уже с самых первых движений обращает внимание на товарищей по стае: плывут ли за ней и сколько их, плывущих следом. Гольяну без переднего мозга это было совершенно безразлично; если он видел корм или по какой-то другой причине хотел куда-то, он решительно плыл туда – и, представьте себе, вся стая плыла следом. Искалеченное животное как раз из-за своего дефекта стало несомненным лидером».


Теперь зайду с другой стороны. Занимались мы позициями восприятия. Позиция восприятия – это точка, с которой человек видит ситуацию. Вот я лучше цитату:

Один из аспектов восприятия личностью ситуации в практической психологии описывается понятием «позиция восприятия».

Основных, классических, позиций пять:

0. Нулевая позиция.

Эта позиция исторически была добавлена после первых (отсюда номер) и обозначает их отсутствие. Нулевая позиция состоит в шаблонной реакции, подчинении внешним силам, требованиям, стандартам, традициям, собственным привычкам и социальным стереотипам.

1. Первая позиция.

Ориентирование на собственные, персональные интересы, инициативы, потребности, желания.

2. Вторая позиция.

Понимание и учет интересов, потребностей и желаний собеседника, партнера,

3. Третья позиция.

Отстраненный взгляд «со стороны», оценивающий ситуацию максимально объективно и беспристрастно.

4. Четвертая позиция.

Суммирование предыдущих подходов, системный взгляд. Эта позиция, как синтетическая, редко используется в анализе.
В процессе валидизации теста было обнаружено расщепление распределений по шкалам I и II позиций. Анализ показал, что вопросы, влияющие на расщепление, делятся на две категории: в первую входят собственно I и II позиции как умения, навыки и способности, а во вторую – неконтролируемая подверженность влиянию собственных желаний и воздействию партнера соответственно.

Эти дополнительные шкалы были названы п1 и п2.

5. Пассивная первая позиция.

Неконтролируемая зависимость от собственных, персональных интересов, потребностей, желаний, психологическая необходимость ставить их первым приоритетом.

6. Вторая позиция.

Неконтролируемая зависимость от интересов, потребностей и желаний собеседника, партнера, подверженность внешнему влиянию.

Таким образом результирующий набор шкал разделился на две триады:
  • Шкалы I, II и III как активные, контролируемые умения, способности, навыки
  • Шкалы О, п1 и п2 как неконтролируемые пассивные зависимости.

А теперь прикинем, как выглядит поведение человека с низкими показателями по позициям II и п2. Он ориентируется на собственные нужды, он в состоянии оценивать общую ситуацию, но не понимает, не воспринимает нужды и потребности окружающих. Он глух к ним. ГЛУХ. Как та кошка. Он не замечает, что он кому-то мешает, не в состоянии учесть недовольство окружающих, и, хотя и лишен мешающей ложной стеснительности, обусловленной высоким уровнем пассивной второй позиции, но увы, нарывается, как уже было сказано, на недовольство окружающих, что, сами понимаете, мешает ему строить планы и управлять ситуацией.

Да, быть наглым иногда очень удобно, но иногда и совсем напротив. Скажем, глухая кошка получает по морде гораздо чаще, чем если бы она слышала, что ей кричат. Также и неумение отстраниться от других людей и сконцентрироваться на собственных надобностях тоже может привести к неприятностям.

Одним словом, во всех случаях имеет смысл подавлять пассивную вторую позицию и развивать активную вторую. Вообще активные позиции полезно развивать, а пассивные – подавлять. Путь темной стороны силы – контроль и осознанность.

Если вам случилось быть наглым, то ваше дело – научиться быть не только и не всегда наглым. Если же вы – человек стеснительный, то вам надо научиться наглости. Несмотря на кажущуюся антагонистичность, эти направления работы над собой концептуально различны.

Работа против наглости – тренировка концентрации внимания на окружающих, обучение чтению эмоций с лиц, интонаций и пластики, и одновременно постоянный контроль того, что необременительного можно сделать для пользы и удовольствия соседа справа/слева.

Если ваше внимание вообще неразвито, то работа будет трудной. Все наверняка встречали людей, которые идут в толпе, толкаясь, бросают мусор под ноги, лезут без очереди и так далее. Это не обязательно потому, что они игнорируют неудобства других. Это часто бывает просто от слабого внимания. Очень трудно такому человеку следить за перемещениями соседей, выискивать глазами урну… Вот съел мороженое, в руке оказалась бумажка, она мешает, не нужна, фокус внимания потерялся – бумажка выпала… Впрочем, людям с настолько неразвитым вниманием (и обычно интеллектом) к этому моменту, наверное, уже наскучило чтение статьи, если у них вообще хватило ума ее открыть. Поэтому не буду о них совсем.

Итак, начиная с простых упражнений по концентрации внимания, мы постепенно переносим это внимание на людей, стараясь держать в его круге вначале хотя бы двух-трех ближайших соседей, а затем расширяя область внимания все дальше и дальше. Тренеры, ведущие, ораторы, актеры в состоянии удерживать во время работы в фокусе человек 50-60 одновременно, и не видят в этом ничего необычного.

Второе, что необходимо – научиться понимаю, какие чувства и переживания как отражаются на поведении и речи. Это не очень просто, но и не очень сложно. Существуют тренинги на эту тему, очень помогают актерские студии, и даже внимательный просмотр хороших фильмов с фиксацией на игре актеров может дать довольно много. Для последнего порекомендую голливудские фильмы, в которых, несмотря на зачастую убогие сюжеты, шаблонную работу оператора и художника, небрежную режиссуру, актерская игра обычно довольно хороша и пригодна для изучения. Европейский кинематограф тоже хорош, но от 99,9% отечественных фильмов следует отказаться.

Третье– постоянный анализ того, что имеет смысл сделать для себя, и что – для других. Понять, что нужно вам, понять, что нужно другим, совместить это в поступке. Это уже, скорее, третья позиция, но без нее вы рискуете развить не активную, а пассивную вторую позицию, которая здравомыслящему человеку, в общем, ни к чему.

Именно на третьей позиции следует сфокусироваться и тому, кто страдает застенчивостью. К сожалению, развитие активной первой позиции per se довольно затруднительно, так как первые позиции в некоторой степени антагонистичны пассивной второй. Помимо хорошего понимания собственных желаний и потребностей, что само по себе не очень просто, для того, чтобы отфильтровать зависимость от окружающих, необходимо постоянно смотреть на все взаимодействия со стороны.

Всякий раз, когда вы собираетесь что-то сделать, задавайте себе два вопроса:
  • Этого хочу именно я?
  • Я хочу именно этого?

И если вы сомневаетесь в положительном ответе хотя бы на один из этих вопросов, то что-то тут нечисто.

Вы удивитесь, как часто вас используют. Если это использование не стоит вам усилий и ресурсов, то беды в этом нет, все люди пользуются друг другом разными образами, но контроль должен принадлежать вам.

Застенчивость – очень полезное качество для члена стада, но здравомыслящему человеку оно мешает.

В общем, надо быть гибким. Перифразируя Макиавелли, скажу так:

Надо быть вежливым и заботливым, когда возможно, и надо быть наглым и эгоистичным, когда необходимо.

Я понимаю, что говорить легко, но и делать, если не лениться, тоже не чрезмерно сложно.

© Александр Лебедев
http://r.efialt.com


Нас только один
 
СторожеяДата: Воскресенье, 22.11.2015, 11:50 | Сообщение # 18
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Жестокость.



Жестокость — совсем не то, что злость. Даже ни капельки не похоже, пусть даже иногда (а иногда даже и часто) идут рука об руку. Злость — это эмоция (смотри «Темная сторона силы — Злость»), а слово «жестокость» обозначает два разных явления:

1. Негативное воздействие на кого-то, по силе несоразмерное ситуации.

2. Равнодушие к чужим страданиям.


Первое — поведенческий стереотип или традиция, второе — свойство личности.

Давайте разберем последовательно.

Сначала про первое значение.

— Ну, а что? Что бы вы ему сделали?
И сказала третья дама свистящим шепотом, как гусёнок, которому птичница наступила на лапу:
— Я бы купила булавок… много, много… ну, тысячу, что ли. И каждую минутку втыкала бы в него булавочку, булавочку, булавочку… Сидела бы и втыкала.
— Только и всего?
— Ну, а потом отрезала бы голову и выбросила свиньям!
— Только и всего?
Бедная фантазией худощавая обвела сердитым взглядом насмешливые лица и отрывисто закончила:
— А после этого воткнула бы в него ещё тысячу булавок!!

А.Аверченко «Разговор за столом»



Бытовая жестокость в мыслях и словах — обыденное для обывателя явление, настолько расхожее, что мы его даже не замечаем. «Убить его мало!», «Чтоб его на том свете черти драли!», «Чтоб у тебя руки отсохли!» - как часто подобные проклятия срываются с наших уст по совершенно ничтожным поводам! И тому есть простое объяснение. Обращусь, как я часто это делаю, к инстинктам: неправильное поведение членов стаи должно пресекаться, причем желательно таким образом, чтобы и другим «неповадно было». Грубо говоря, речь идет о примитивном понимании справедливости, свойственном даже, по крайней мере, обезьянам. Публичные наказания, действительно мучительные, были способом вдолбить в простые умы простых людей осознание, что за поступок, подобный тому, что совершил провинившийся, вполне может последовать вот такое ужасное наказание, так что лучше не надо.

При наличии возможности наказание назначается любым, кто имеет достаточно власти, чтобы привести его в исполнение. Вождем племени, царем, князем, помещиком, военачальником, работником УФСИН, да мало ли… И строгость наказания во многом зависит не только от ограничений власти, но и от личных привычек, настроения и изобретательности судьи.

Ограничения власти происходили от того же самого инстинкта, жаждущего справедливости. Еще Хаммурапи несколько тысяч лет назад ввел свод законов, указывающих, за что из запрещенного какое наказание полагается по справедливости. Помогло не особенно сильно, до сих пор при наличии той же самой фактической возможности кто попало изощряется как угодно.

Поэтому в средневековом Китае, где система наказаний была четко нормирована (от 10 до 50 тонких палок, от 60 до 100 толстых палок, высылка, ссылка, два вида смертной казни), причем от наказания можно было совершенно официально откупиться деньгами, чином или должностью, существовал для ограничения произвола один интересный закон: если судья назначал наказание более или менее строгое, чем полагалось, то сам получал разницу.

Тоже не помогло. Произвол как существовал, так и существует, и контролировать его довольно затруднительно, что в сторону наказания, что в сторону безнаказанности.

Поэтому до сих пор в слаборазвитых странах, куда придется отнести и Россию, существует месть, основанная на том же самом чувстве справедливости, о котором я писал в самом начале. И как раз месть бывает жестокой, несоразмерной, так как окрашена эмоциями — обидой, сожалением о потере, и тому подобными.

С точки зрения саморегуляции социального поведения ничего дурного в мести нет, она всего-навсего незаконна, и в некоторых слоях общества аморальна. Тем не менее, даже в них она существует в виде мелких пакостей и демонстративного отказа в равноправии.

Таким образом, вопрос жестокости по первому типу сводится к понятиям справедливости и соразмерности.

Увы, читатель, я вас расстрою: справедливость — принципиально неформализуемое понятие, и даже основы юридических систем практически не используют его, а когда используют, делают это осторожно и невнятно, типа того, что суды обязаны в вынесении решений руководствоваться в том числе собственным понятием о справедливости. Юрист, у которого я осведомлялся, не смог припомнить другого случая употребления этого слова в юридических документах.

Соразмерность же еще более эфемерна. Нынче, по большей части, не сжигают на кострах и не сдирают кожу, судья может лишь отмерить срок заключения, в который умещаются все наказания за все преступления. Другое дело, что в диких странах надсмотрщики имеют обыкновение издеваться над заключенными разными образами.

А уж когда речь идет о мести, то всяк руководствуется собственными, самому неясными представлениями о том, что должно, а что негоже.

И даже еще более того: в повседневной жизни мы зачастую не понимаем, какой силы противодействие должно иметь место в случае, когда наши интересы ущемляются.

Простой пример: нас обсчитали на рынке или в магазине. Если человек имеет здоровую дозу агрессии и несколько свободного времени, он идет «качать права», в результате чего может, при удачном раскладе, получить недостающее. Но подумайте: страдает ли от такого восстановления справедливости недобросовестный продавец? Да нет же! Пусть этот покупатель в этот раз ухитрился вытребовать свои деньги (ну или, скажем, обменять товар), но продавец-то ничего не потерял! Он всего лишь не заработал лишнего. И будет продолжать обсчитывать, не в этот раз, так в следующий пройдет гладко, не с этим покупателем, так с другим! Подобный отпор никак не формирует нормальное, честное поведение продавца. Чтобы такое случилось, надо, чтобы хотя бы иногда нечестный продавец получал не обязательно по заслугам, но так, чтобы ему расхотелось рисковать.

В азиатских странах за воровство отрубали правую руку. А за рецидив — оставшуюся. Во-первых, эффективно: без рук особенно не поворуешь, а во-вторых, как-то очень не хочется попадаться. А чтобы точно не попасться, лучше вообще не воровать.

Отсюда мы формируем критерий справедливости и соразмерности: эффективность формирования общественного (пусть даже в одной группе и только по отношению к вам) поведения.

Воспользуюсь случаем похвастаться: я довольно рано интуитивно понял этот алгоритм, и приучил себя в новых сообществах не избегать конфликтов, а ввязываться, причем весьма агрессивно. Через не очень большое время народ привык к тому, что задевать меня чревато. Впрочем, в сообществах примитивного толка, как мне потом объяснили, например, в армии, в местах заключения, в среде алкоголических рабочекрестьян, это правило давно известно: отпор надо давать всегда, независимо от соотношения сил.

Если вас обсчитал продавец в магазине, который вы часто посещаете, то вы должны организовать ситуацию так, чтобы он об этом пожалел, и больше никогда не захотел повторить этот опыт. Если вас обидел сотрудник на работе — аналогично.

Разумеется, существует здравый смысл и техника безопасности, без которых выполнение этого совета самоубийственно. Скажем, попытка прямого противостояния бандиту в полицейской форме может привести вас в исключительно плачевную ситуацию.

При этом внешняя жестокость вполне может иметь место: вас всего лишь обсчитали, а вы добились того, что продавца оштрафовали на зарплату. А с другой стороны — легкое и редкое наказание ничему его не научит. Собственно, именно поэтому в России царит разгул дорогих гостей с юга, а в Европе — разгул несчастных беженцев из Азии (на всякий случай: статья пишется в конце 2015 года, вдруг этот бардак неожиданно прекратится и читателю будет непонятно, о чем речь).

Поэтому позволить себе быть жестоким — не только не плохо, но даже и необходимо. И это не моя личная фантазия. В юности мне встретилось высказывание, которое, даже будучи мной полностью не понятым, запомнилось на всю жизнь : «Истинно добрый человек обязан уметь быть жестоким, иначе это не доброта, а слабость характера». Мне запомнилось, что это сказал Толстой, но поиск в интернете не подтверждает.

Иными словами, если вам встретился вредитель, то, по возможности, надо с ним поступить так, чтобы минимизировать вероятность принесения им вреда в будущем. Даже если ему это будет больно и обидно.

Теперь по второму значению.

Способность сочувствовать, сострадать, сопереживать — одна из способностей высших животных, обусловливающая эффективность стайного поведения. Прогрессивное, можно сказать, чувство. Но, поскольку по эволюционным меркам оно достаточно свежее, то и вариабельность его довольно высока. Один чувствует чужую боль, как свою, а второму совершенно безразлично, кто как страдает, если это не он сам. У большинства — какие-то средние варианты. Недостаток сопереживания относительно среднего уровня именуется жестокостью.

Для последователя темной стороны силы важно лишь, какое поведение следует из этой способности, и насколько оно нам полезно или вредно, с тем, чтобы контролем пользу увеличить, а вред уменьшить.

В случае сильно развитого сопереживания польза заключается в том, что мы можем доставить себе большое удовольствие альтруизмом, а вред заключается в том, что чрезмерный альтруизм при недостатке ресурсов вредит. Легко отдать на благотворительность миллион, если есть миллиард. А если цена этого поступка — продажа единственного жилья, то расклад получается совсем другой.

Поэтому, если вы одержимы жалостью к сирым и убогим, исчислите свои ресурсы в понятиях денег, времени и сил, определите, какую долю их вы можете безболезненно жертвовать на удовлетворение этой вашей потребности, и осознанно организуйтесь так, чтобы эта доля досталась тем, кому она наиболее нужна. При этом полезно понимать, что инстинкт удовлетворяется наблюдением радости, благодарности, удовольствия одаряемого. Определитесь с периодичностью этих занятий с тем, чтобы неудовлетворенная потребность не толкала вас на глупости в промежутках между актами благотворительности. Не пользуйтесь ложной скромностью, определенная известность поможет вам в ваших добрых делах. В случае чего не забывайте, что наказание негодяя — определенно доброе, полезное дело, которое может спасти множество потенциальных жертв. Прощение и толерантность теоретически может иметь воспитательное значение, но куда реже, чем мечтается идеалистам-моралистам.

В случае же недостатка способности к сопереживанию ситуация несколько сложнее.

Во-первых, если вам случилось быть таким человеком, то адекватное внутренней ситуации поведение может доставить вам невыгодную репутацию. Поэтому весьма полезно сопереживание (контролируемое, конечно, в традициях темной стороны силы) развивать, а пока развитие не достигло своей цели — осознанно имитировать. Иначе вас будут сторониться и вы не сможете получить массу бонусов, которые проистекают от любви и уважения окружающих.

Во-вторых,весьма многочисленные произведения искусства построены именно на этой способности, и без нее вы лишаете себя удовольствия от восприятия этих произведений, что не только обидно, но и вредно для развития.

В-третьих, не будучи способным к полноценному пониманию сопереживания, вы не сможете эффективно прогнозировать поведение других людей, что приведет к ущербности планирования.

Поэтому, повторюсь, ваша задача — развивать в себе эту способность (попробуйте поиск по «эмпатия» и «эмоциональный интеллект»), и контролировать ее, не пуская на самотек.

Впрочем, надеюсь, для большинства читателей эти советы будут всего лишь указаниями на необременительные упражнения по работе над собой.

Мысленно я с вами.

© Александр Лебедев
http://r.efialt.com


Нас только один
 
СторожеяДата: Вторник, 29.12.2015, 11:21 | Сообщение # 19
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Жадность



Жадность - слово интуитивно понятное, но при просьбе дать определение большинство людей несколько теряется. Ведь жадным можно назвать и скупого человека, и шопоголика, и барахольщика…

Для того, чтобы понять, о чем мы собираемся говорить (а без этого никакое полезное обсуждение невозможно), обратимся, как это уже приходилось делать, к животным. Например, к хомяку. Для того, чтобы выжить, надо делать запасы. Эта деятельность состоит из нескольких компонентов: приволочь богатство, накопить богатство и защитить богатство. Этот алгоритм встроен в мозги всех видов, которые в состоянии делать запасы, включая человека. Для того, чтобы приволочь, у хомяка есть защечные мешки, в которые может влезть огромное количество вкусняшек. Для сохранения у него есть гнездо, у него, и у некоторых других животных в норе есть специальная кладовка, а то и не одна, в которой, руководствуясь особенно сложным инстинктом, можно поддерживать оптимальные условия хранения. Ну, защитить — это защитить. Не тратить попусту, и никому не отдавать.

Был у меня один приятель - большой любитель животных, и жил у него хомяк. У хомяка был огромный стеклянный дом с лабиринтом и множеством комнаток. Хомяк был домовитый и с умом обустроил свое жилище. Была у него и спаленка, и столовая, и, в самом центре лабиринта — кладовка, где хомяк хранил про запас самые лакомые кусочки.

Однажды хозяину хомяка показалось, что хомяк загрустил, и решил он прикупить ему подружку.

Купил. Привез домой. Вызвал хомяка из домика и поставил перед ним подружку...

На мордашке хомяка отобразился ужас. Он подпрыгнул и с пронзительным воплем помчался обратно в домик - прямиком к кладовке. Успокоился только тогда, когда накрыл припасы своим телом.

©перто в сети


В норме этот инстинкт у человека развит в степени, достаточной для того, чтобы владеть адекватным количеством запасов. Скажем, у большинства из нас есть холодильник, в котором всегда найдется, что съесть, или хотя бы приготовить, что съесть. Однако бывают и отклонения от нормы.

Просто для примера: если у кого-то из вас еще живы родственники, пережившие войну, то, скорее всего, у них есть забавная (для нас) особенность — они запасают консервы, крупы, масло и другие долго хранящиеся продукты. Это следствие травматической актуализации обсуждаемого инстинкта — голода и чувства неуверенности в будущем, случившихся во время войны. Другие люди, которым, по разным причинам, приходилось скитаться — напротив, запасов не делают, а любую еду стремятся употребить на месте, потому что неизвестно, удастся ли ее удержать в поле зрения сколько-нибудь продолжительное время.

Разумеется, человеческие ресурсы не сводятся к пище, и желание оставить что-то «на черный день» может касаться чего угодно.

Мне рассказывали о творческом человеке, который, в советские времена, когда не существовало круглосуточных магазинов, и купить что-то можно было только в течение рабочего дня, покупал сигареты блоками, несколько пачек немедленно распечатывал, и горстями разбрасывал их по комнате, не глядя. Это делалось для того, чтобы, во-первых, можно было взять сигарету из любого положения, без необходимости тянуться к пачке, а во-вторых, чтобы, когда сигареты кончаются, можно было найти еще одну, если хорошенько поискать. Чем больше хочется курить — тем более тщательными могут быть поиски, вплоть до поднимания диванов и отодвигания шкафов.

Но это относительно безобидные, даже занятные варианты реализации инстинкта запасливости. Есть и менее привлекательные.

С каждым годом притворялись окна в его доме, наконец остались только два, из которых одно, как уже видел читатель, было заклеено бумагою; с каждым годом уходили из вида, более и более, главные части хозяйства, и мелкий взгляд его обращался к бумажкам и перышкам, которые он собирал в своей комнате; неуступчивее становился он к покупщикам, которые приезжали забирать у него хозяйственные произведения, покупщики торговались, торговались и наконец бросили его вовсе, сказавши, что это бес, а не человек; сено и хлеб гнили, клади и стоги обращались в чистый навоз, хоть разводи на них капусту, мука в подвалах превратилась в камень, и нужно было ее рубить, к сукнам, к холстам и домашним материям страшно было притронуться: они обращались в пыль. Он уже позабывал сам, сколько у него было чего, и помнил только, в каком месте стоял у него в шкапу графинчик с остатком какой-нибудь настойки, на котором он сам сделал наметку, чтобы никто воровским образом ее не выпил, да где лежало перышко или сургучик. А между тем в хозяйстве доход собирался по-прежнему: столько же оброку должен был принесть мужик, таким же приносом орехов обложена была всякая баба, столько же поставов холста должна была наткать ткачиха, — всё это сваливалось в кладовые, и всё становилось гниль и прореха, и сам он обратился наконец в какую-то прореху на человечестве.

©Н.В.Гоголь «Мертвые души»


Тут есть дублон старинный.... вот он. Нынче
Вдова мне отдала его, но прежде
С тремя детьми полдня перед окном
Она стояла на коленях воя.
Шел дождь, и перестал, и вновь пошел,
Притворщица не трогалась; я мог бы
Ее прогнать, но что-то мне шептало,
Что мужнин долг она мне принесла
И не захочет завтра быть в тюрьме.
А этот? этот мне принес Тибо —
Где было взять ему, ленивцу, плуту?
Украл, конечно; или, может быть,
Там на большой дороге, ночью, в роще...
Да! если бы все слезы, кровь и пот,
Пролитые за все, что здесь хранится,
Из недр земных все выступили вдруг,
То был бы вновь потоп — я захлебнулся б
В моих подвалах верных.

©А.С.Пушкин «Скупой рыцарь»


Гарпагон. Ступай на улицу, там жди. Прочь из дому! Торчишь, как пень, и все глазами шаришь, выглядываешь, чем бы поживиться! Не хочу, чтоб в мои дела совали нос, выслеживали, где и что лежит. Вон как глаза-то бегают, по всем углам шныряют, нельзя ли чего стянуть!

Лафлеш. Черта с два, что у вас стянуть-то! Все на запоре, вы день и ночь все стережете.

Гарпагон. Моя воля - запереть, моя воля - стеречь. Ты что мне за указчик? Мало ли мошенников подсматривают, вынюхивают по чужим домам! (В сторону.) Ох, боюсь, проведал он про деньги! (Громко.) Ты, поди, уж сплетни распустил, что у меня деньги припрятаны?

Лафлеш. У вас припрятаны?

Гарпагон. Врешь, бездельник, я этого не говорил! (Вполголоса.) Вот черт! (Громко.) Я спрашиваю, не распустил ли ты зловредных слухов, что у меня много денег?

Лафлеш. А мне-то что? Много или мало, есть ли, нет ли, нам все едино.

Гарпагон (замахивается на него). Не рассуждай! Вот надеру за это уши! Прочь отсюда, говорю!

Лафлеш. Ну, и уйду!

Гарпагон. Стой, погоди!.. А что унес с собой?

Лафлеш. Что мне унести?

Гарпагон. Иди-ка сюда. Покажи руки.

Лафлеш. Вот, глядите, руки.

Гарпагон. Теперь другие покажи.

Лафлеш. Другие?

Гарпагон. Да.

Лафлеш. Глядите.

Гарпагон (указывает на карманы Лафлеша). Ничего туда не положил?

Лафлеш. Смотрите сами.

Гарпагон (ощупывает карманы Лафлеша). Ну глубоки, ну широки карманы! Сюда сколько хочешь запрячешь воровской добычи. За такие карманы судить бы надо, на виселицу вздернуть.

©Ж.-Б. Мольер «Скупой»


Да, собственно, жадность, доходящая до степени, когда она теряет смысл и пользу, всегда ненавиделась и высмеивалась. А знаете, почему? Потому что способность делиться с другими (не с членами семьи) — очень новая, социальная способность, свойственная, кроме человека, только другим высшим стайным животным, да и то не всем. И, подобно другим новым социальным инстинктам, щедрость позиционируется, как добродетель, и воспевается соответственно. Впрочем, немотивированно щедрым людям, бывает, живется достаточно тяжко, ибо желающих получить что-то даром — полно, а благодарных среди них — мало.

Наверное, пора привести понятие жадности к какой-то понятной и удобной системе, пригодной для получения выводов и рекомендаций. Если свести обладание какими-то ресурсами к взаимодействию функций ввода, хранения и вывода, то жадностей бывает всего три вида:

1. Жадность ввода («Глаза завидущие, а руки загребущие») - случай, когда любой доступный ресурс хочется получить в свое владение. На этом поле произрастает шопоголизм, стяжательство, клептомания. Характерный признак — приобретение чего-то ненужно, излишнего, избыточного, непригодного к разумному употреблению.

2. Жадность хранения («Чтоб было») - когда целью, триггером, удовлетворяющим инстинкт запасливости, является восприятие богатств или осознание обладания ими. В мультиках это обычно иллюстрируется сценами купания в деньгах. Характерный признак — аутодемонстративные формы владения.

3. Жадность вывода («Жаба») - когда расходование ресурса вызывает дискомфорт. Характерный признак — наличие хлама, старых и неисправных предметов, либо пусть новых, но неприменимых в нормальных условиях. Анекдот: «После смерти одного старого еврея, в числе прочих вещей обнаружили коробочку с надписью «Маленькие веревочки, непригодные к употреблению».

Интересно, что все три пусковых механизма приводят примерно к одним и тем же внешним результатам, более того, некоторые другие невротические структуры (например, стремление к материальным признакам успеха) тоже имеют сходные проявления. Отдифференцировать причины можно либо по косвенным признакам, либо с помощью (само)анализа.

Теперь самое интересное: что с этим делать. Делать, как обычно — контроль, минимизация вреда, максимизация пользы. Главным образом, второе, потому что негативные коннотации жадности мешают пользоваться этим свойством по назначению — обеспечение счастливого будущего.

1. Жадность ввода.

Минимизация вреда:

Чтобы не тащить в кладовку все, что подвернется, надо каждый раз, когда возникает такое желание, задавать себе следующие вопросы:

Как я собираюсь этим пользоваться?

Как часто я собираюсь этим пользоваться?

Как долго я собираюсь этим пользоваться?

Какие более простые варианты доступны для этих целей?

Насколько ликвидно это приобретение?

Ответ «пригодится» отметается, как бессмысленный.

Несколько раз в жизни мне приходилось обдумывать покупку автомобиля. Каждый раз, по размышлении и после подсчетов выяснялось, что использование такси мне обойдется дешевле собственного выезда, как в материальном исчислении, так и по вложениям сил на обслуживание моих запросов.

Максимизация пользы:

Деятельность, сопряженная с поиском и приобретением «чего-нибудь интересного» - не такая уж большая редкость. Одно время я даже платил такому человеку за то, чтобы он находил предметы, наилучшим образом удовлетворяющие моим запросам, за минимальную цену. Надо сказать, он делал это замечательным образом, и я получал за весьма небольшие деньги, включая оплату его труда, поистине замечательные покупки. Если не говорить о подобных индивидуальных заказах, то работа антиквара, галерейщика, просто товароведа в магазине, вполне может удовлетворить жажду накопления. Вы подумайте: вы выискиваете, что бы такого купить или выменять, а вам еще за это и платят!

2. Жадность хранения.

Минимизация вреда

Для устранения завалов дома или на даче исчислите стоимость квадратного метра вашего склада. Сколько бы это ни было, если вы — барахольщик, вам не понравится. Квадратный метр должен удовлетворять ваши потребности, в первую очередь те, без которых обойтись нельзя. Два квадратных метра у вас уходит на возможность спать в мягкой постели. Квадратный метр - на возможность сидеть в кресле с книжкой. Пара-другая метров — на комфортную работу с компьютером. И так далее.

Есть простое правило: если вы не пользовались вещью год — она вам не нужна. Нет, существуют, конечно, памятные предметы: бабушкина тарелка, ваша первая гитара, и тому подобное. Решите, какую площадь (держите в голове цену) вы готовы отвести под сентиментальность и эстетику.

Не забывайте, что возможность ходить, не спотыкаясь и не запинаясь об углы, тоже чего-то стоит.

Максимизация пользы:

Работа зав.складом или хотя бы кладовщиком — то, что вас порадует. Не надо кривить нос. Вы представляете себе ценность, красоту и оборудование склада большой IT-шной фирмы? Музея? Никакие накопления всякой всячины дома не дадут вам такой радости от содержания в порядке такого количества действительно ценных вещей на работе, не говоря уже о востребованности бережливого и аккуратного работника.

Коллекционирование чего-нибудь небольшого по размерам может вас обогатить. Почтовые марки и монеты не дешевеют со временем, а прямо наоборот. Другое дело, что защищенность (сохранность) таких коллекций не стопроцентна, и надо отдавать себе отчет в риске потерять все в результате стихийного бедствия или кражи. Ну и, конечно, ликвидность таких коллекций несравнима с ценными бумагами или банковскими чеками.

3. Жадность вывода.

Минимизация вреда:

Во-первых, такая же, как в предыдущем случае. Во-вторых, ценность предмета должна быть используема. Если вы завели что-то ценное, и так и не использовали до самой смерти, то вы ПОТЕРЯЛИ этот предмет и то, что вложили в его приобретение. Должна быть ротация.

Отец рассказал такую историю:

Был у него в где-то в 70-е приятель в Москве по кличке Дуралей. Он просыпался с утра без копейки денег и с жуткого похмела. Шел к телефону-автомату и просил двушку на позвонить. Набирал так пять копеек и покупал какой-нибудь советский значок в "Союзпечати". Потом у "Метрополя" менял у иностранца значок на ручку, ручку продавал рубля за три и покупал матрешку. Матрешку менял у "Интуриста" опять же у гражданина из кап. страны на джинсы…

В общем, к вечеру у него набиралось триста рублей, которые он благополучно пропивал со всеми желающими в ресторанах. А утром просыпался без копейки денег и с жуткого похмела. Так он прожил несколько лет…

А Дуралеем его прозвали за то, что у него всегда с собой была купленная справка о том, что он инвалид умственного труда. Он ее ГБ-шникам и ментам предъявлял.

©перто в сети


Подумайте, как бы Дуралей жил, если бы остановился на значке за пять копеек, не в силах с ним расстаться?

Даже если вы дарите какой-то предмет, то тем самым вы вкладываетесь в хорошее к вам отношение. По Павлову и Дурову. А это, между прочим, очень выгодное вложение.

Знаю я одного психолога, который при начале знакомства каждый раз появляется с каким-нибудь сувениром. Через некоторое время он, таким образом, при помощи учений Павлова и Дурова вырабатывает мнение о себе как о приятном и хорошем человеке, даже при недостатке подтверждений тому. Далее можно подарочки делать прекратить, мнение уже сформировано. К чести его надо сказать, что и без сувениров он сам по себе действительно приятный и интересный человек.

Максимизация пользы:

Это, наверное, сложный случай. Мне, по крайней мере, сходу не удается придумать род деятельности, требующий защищать телом хомячью кладовку. Системы сигнализации, разве что… Сейфы… Но это все равно не очень близко.

Не стану я выжимать из себя рекомендации, в которых не уверен, если вдруг кому-нибудь что-нибудь в голову придет - сообщите, допишу.

Итак, лишний раз напомню, что суть темной стороны силы — в контроле и использовании того, что дала нам природа. Жадность, если она используется разумно, как и все остальные «пороки», может принести много пользы и радости, и не только вам.

© Александр Лебедев
http://r.efialt.com


Нас только один
 
СторожеяДата: Среда, 20.01.2016, 14:40 | Сообщение # 20
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Одиночество



Человеческие инстинкты делятся на три группы: базовые (физиология, безопасность, комфорт), социальные (все, что связано с взаимодействием с себе подобными) и высшие (творчество, исследование мира).

Если прикинуть в уме структуру времени и сил, которые люди тратят на эти группы, то у большинства самую солидную долю ресурсов будет отнимать именно вторая группа — социальные инстинкты. И ничего неожиданного в этом нет: способность объединяться в стаи и стада дала многим видам шанс не только на выживание, но и на доминирование. Позволю себе цитату из моей статьи «С кем быть умному человеку»:

Стая – это сила, которую призывают себе на помощь слабые и беззащитные. Вот, скажем, гусь домашний. Дурная, бестолковая птица, которой совершенно не проблема свернуть длинную, как для этого и созданную, шею. А стая гусей – о, стая гусей – это воинство, которое лучше обходить стороной. Бродячая собака – несчастное существо, которое всяк норовит пнуть, огреть палкой или хотя бы просто напугать. А стая собак – смертоносная бригада. Поэтому у тех видов животных, в инстинктах которых есть тропизм к группе, потенциал выживания гораздо выше. Даже у маленьких рыбешек, которые вообще никак себя защитить не могут. А есть еще муравьи и саранча…


Переоценить значимость стайности в вопросе выживания (не индивидуума, правда, а популяции) невозможно. Поэтому такая важная способность развивается, усиливается и усложняется эволюцией, принимая все более серьезную роль в пьесе жизни каждого члена стаи. Не так уж много можно найти в обычной судьбе моментов и занятий, не связанных с взаимодействием с себе подобными. Практически все наше существование нацелено на достижение и поддержание «правильных» отношений с окружающими, преследование социальных целей, и очень мало людей, для которых это не так.

Напомню, что это не какая-то таинственная гуманистическая или божественная природа, а группа относительно молодых (хотя и не настолько молодых, как высшие) инстинктов, железной рукой направляющая наши поступки в сторону ближних.

С некоторым приближением эту группу можно расписать примерно в такой форме:

Потребность в группе

Потребность в принятии

Иерархические

Стремление к доминированию

Забота о статусе (не обязательно связанном с доминированием)

Стремление унизить конкурента

Стремление к подчинению лидеру

Потребность в уважении

Поддержание группы

Защита слабых

Взаимопомощь

Альтруизм

Распространение знаний (ценностей референтной группы)

Отстаивание правоты (стремление к чувству своей правоты)

Препятствование ошибкам окружающих

Предупреждение об опасности

Потребность в одобрении (благодарности)

Дифференциация свои/чужие

Поиск общественного врага

Конформизм

Ксенофобия

Традиционализм

Ось «безопасность - прогресс»

Консерватизм

Реформаторство


Как ни обидно, но практически вся человеческая деятельность, как реальная, так и описываемая в художественных произведениях и фильмах, сводится к этим интенциям и их конфликтам. Понятия чести, совести, достоинства, благородства, духовности (если не опускаться до вульгарно-религиозного толкования этого слова), порядочности, верности и многих других сводятся к структуре актуализаций перечисленных потребностей.

И еще раз напомню, не обижайтесь, что потребности эти — инстинктивные. По каждой из них я могу внятно и последовательно обосновать их пользу для стаи (общества), но полагаю, что вдумчивый читатель способен сделать это и самостоятельно.

Из инстинктивной природы указанных потребностей следует интересный вывод: неудовлетворенность любой из них, достаточно актуальной, приводит к эмоциональному (душевному) дискомфорту. В точности, как неудовлетворенность физиологических потребностей приводит к дискомфорту телесному.

Если вы пройдетесь взглядом по списку и прикинете, как должна ощущаться неудовлетворенность конкретной потребности, то, по крайней мере, в половине случаев вы поймете, что внутренне она выглядит как одиночество. Нет людей рядом — одиночество. Нет своего круга — одиночество. Враждебное окружение — одиночество. Нет сильных людей рядом, способных вас поддержать — одиночество. Вас считают неправым — одиночество. Не разделяют ваших взглядов — одиночество. И так далее.

То есть, чисто технически одиночество — это эмоциональное проявление неудовлетворенности каких-то компонентов стадного инстинкта.

У разных людей стадный инстинкт проявлен в разной степени, определенной наследственностью, воспитанием, обстоятельствами. И более того, различные компоненты этого инстинкта тоже представлены по-разному.

Еще одна цитата из другой моей статьи, «Четыре варианта социофобии»:

Стадный инстинкт, заложенный в любое стадное или стайное животное, включая человека, велит нам быть частью общества, находиться поблизости от своих, взаимодействовать с ними. Однако и формы, и количество контактов, необходимые для удовлетворения этого инстинкта, очень вариабельны. Кому-то требуется дважды в неделю посещать клуб, кому-то надо ежедневно ощущать рядом с собой родных и близких, а кому-то достаточно посмотреть пять минут в окно и убедиться, что социум существует, никуда не делся, или же изредка побеседовать с дальним другом по телефону. Это не перечисление вариантов, а просто примеры.

Неудовлетворенный в этой потребности стадный инстинкт выражает себя в виде чувства одиночества, покинутости. При этом у каждого могут быть свои причины для переживания одиночества — кому-то не хватает шумных компаний, а кому-то понимания и поддержки.


Поэтому и триггер запуска чувства одиночества — необходимости удовлетворить стадный инстинкт — у всех разный. Сейчас для нас важно, что он есть. Для популяции это, конечно, хорошо. Для индивидуума обычно тоже неплохо, но вовсе не всегда. Инстинктивная потребность в этом случае вовсе не предполагает непременную пользу для нас с вами, только для популяции. А уж насколько вы лично осознанно желали бы этой пользы — это отдельный вопрос, и при этом только ваш.

И снова цитата из статьи «С кем быть умному человеку», а точнее — из работы Г.Лебона «Психология народов и масс»:

«…общие качества характера, управляемые бессознательным и существующие в почти одинаковой степени у большинства нормальных индивидов расы, соединяются вместе в толпе. В коллективной душе интеллектуальные способности индивидов и, следовательно, их индивидуальность исчезают; разнородное утопает в однородном, и берут верх бессознательные качества.

Такое именно соединение заурядных качеств в толпе и объясняет нам, почему толпа никогда не может выполнить действия, требующие возвышенного ума. Решения, касающиеся общих интересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области разных специальностей, мало все-таки отличаются от решений, принятых собранием глупцов, так как и в том и в другом случае соединяются не какие-нибудь выдающиеся качества, а только заурядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума. "Весь мир", как это часто принято говорить, никак не может быть умнее Вольтера, а наоборот, Вольтер умнее, нежели "весь мир", если под этим словом надо понимать толпу».


И далее:

«В толпе идеи, чувства, эмоции, верования все получает такую же могущественную силу заразы, какой обладают некоторые микробы. Это явление вполне естественное, и его можно наблюдать даже у животных, когда они находятся в стаде. Паника, например, или какое-нибудь беспорядочное движение нескольких баранов быстро распространяется на целое стадо. В толпе все эмоции также точно быстро становятся заразительными, чем и объясняется мгновенное распространение паники».


Оно вам надо? Вам хочется в этом участвовать? Вам важно быть в центре борьбы укропов и ватников? (Статья пишется в конце 2015 года, в другие годы будут другие полюса борьбы). Вы жаждете страдать за идею? Ключевое слово — «страдать». Положить живот на алтарь не важно чего, главное — положить? Не хотите? А инстинкт требует. Драйв толпы захлестывает. Иногда до такой степени, что потом оказывается невозможно не только объяснить, но и даже самому понять, кой черт вы наделали столько глупостей. Последняя маленькая цитата:

В толпе человек склонен делать то, чего в одиночку никогда не стал бы. Грабить магазины, поджигать и переворачивать автомобили, орать хором какие-то слова, смысла которых не понимаешь, тащить ведьму на костер, атаковать в пешем строю вчерашнего соседа, который теперь называется противником…

В общем, иногда, а в жизни некоторых людей — достаточно часто, участие в общественной жизни оборачивается глупостями и вытекающими из них потерями и лишениями. Что поделаешь, стадность работает именно так. Судьба отдельного человека для популяции и эволюции роли не играет. Играет роль она для этого самого отдельного человека. Для вас, читатель. Если вы не хотите этих потерь, вам — на Темную сторону силы. На сторону контроля и использования.

Итак, когда вам случилось ощущать одиночество, по тому или другому поводу, это хорошо для вас тем, что вы — не в толпе. Не в орущей и суетящейся массе полоумных леммингов. Не в компании нетрезвых ближних, обремененных чуждыми вам ценностями. Не в строю идущих на смерть и приветствующих Цезаря, пусть даже смерть за отчизну сладка и почетна (но одновременно бывает неимоверно мучительна и обидна). Уже хорошо, что вы вышли из потока идущих вместе неизвестно куда, и у вас есть возможность идти туда, куда надо лично вам, а не вождю или политику. Пусть даже вам и не надо никуда идти — тоже отменно хорошая ситуация.

Да, ситуация эмоционально напряженная, потому что инстинкт желает вести вас именно вместе и не очень важно куда. Инстинкт не разумеет, куда. Инстинкт разумеет вместе. Не стоит недооценивать его силу. Где-то прочел удивление смешанной российско-украинской супружеской пары, которая ездит туда-сюда, по поводу того, что, несмотря на отсутствие ксенофобии и политической вовлеченности, их отношение к русским и украинцам меняется за пару недель в зависимости от того, на какой территории они находятся, какие новости смотрят по телевизору и с кем беседуют. Вы улавливаете трагедию? Люди понимают УМОМ, что у них нет оснований для эмоционального участия в политическом конфликте, но ЭМОЦИИ все равно формируются в зависимости от окружения, что бы там они себе УМОМ не думали.

Это означает, что ваше сиюминутное понимание тщеты коловращения масс не спасет вас от его влияния. Если вы хотите избавиться от чужого влияния, направленного как минимуум не на вашу пользу, то вам (да-да, вам — на Темную сторону силы) требуются усилия иного рода, нежели интеллектуальные. Конкретно — вам надлежит обрести независимость (даже не обязательно стопроцентную) от стадного инстинкта. Причем практически от всех его компонентов. Если вы этик, то вам это будет очень трудно, потому что некоторые компоненты возводятся в общечеловеческие ценности, обязательные к безусловному почитанию каждым порядочным человеком, и от вас требуется неосознанное долженствование этим ценностям следовать автоматически, без всяких дополнительных обоснований. Если вы прагматик, то, конечно, проще. Хотя и не на раз-два. Одиночное заключение считалось и считается одним из тяжких наказаний именно из-за социальной депривации, вам могут рассказать об этом граф Монте-Кристо и Робинзон Крузо. Но одно дело — вдруг внезапно сесть на строгую диету и другое — постепенно приучать себя к комфорту вне чревоугодия.

Собственно, в первую очередь полезно отвязаться от рабской зависимости от инстинктов. Я понимаю, отказаться от инстинкта самосохранения может быть опасно, от пищевого — просто-таки смертельно, но стадный инстинкт не столь строг к выживанию индивидуума. Довольно много есть в мире мизантропов, анахоретов, отшельников, и ничего гадкого с ними от этого не случается, даже наоборот. Я не призываю вас стать такими же, но я советую вам уметь обходиться без вредящих вам излишеств в области взаимодействия с обществом.

Последовательностей самовоспитания в этом направлении может быть много, в зависимости от того, какие части стадного инстинкта для вас наиболее актуальны. В любом случае надо отказаться от телевизора и его заменителей. Это не вредно и не трудно. А если трудно — то тем более надо. Ничего полезного и интересного в зомбоящике нет. В любом случае следует посадить себя на диету общения в любой форме, в первую очередь отказавшись от контактов с людьми, которые не доставляют вам ни выгоды, ни радости (читай статью «Не имей сто друзей»). Для некоторых людей может быть необходимо даже пройти тренировку на полное молчание, включая отказ от чтения. Это, между прочим, не новое изобретение, удаление от мира в тренировочных целях практиковалась еще древними индийскими и китайскими духовными школами, и не только ими. Отказываться надо постепенно и в первую очередь от того, что связывает вас с толпой наиболее сильно, потому что именно там — ваше самое слабое место, то, которое может сослужить вам самую скверную службу.

Смысл не в том, чтобы отказаться от общения навечно и терпеть нужду в людях всю оставшуюся жизнь, а в том, чтобы научиться комфортно обходиться без всех. Вы постепенно уменьшаете свою социальную активность, следя за тем, чтобы возникающую пустоту воспринимать не как страдание от одиночества, а как чувство свободы от зависимости. Это весьма комфортное чувство. Поначалу придется перемочься, но дальше пойдет проще. Когда вам станет вполне удобно быть одному продолжительное время, вы сможете позволить себе решать осознанно, быть ли вам одному или не быть. Примерно как в ситуации со спиртным. Если вам нормально не выпить — вы не алкоголик. Если вас тянет, а то и так тянет, что невозможно удержаться, то вы — больной человек.

Это не совсем честная аналогия, алкоголизм — это болезнь, а стремление быть с обществом — самая что ни на есть норма. Но суть в том, что быть нормальным (в данном контексте — таким, как все) и быть счастливым — это не то что не эквивалентные, а временами даже взаимоисключающие вещи. Зависимость, пусть даже обусловленная природой — это не то, что пристало последователю Темной стороны силы, а хоть бы и просто разумному человеку.

Не беспокойтесь, умение обходиться без алкоголя (если мне будет позволено продолжить эту аналогию) не лишит вас умения получать от него удовольствие. Вам нужен только контроль.

Теперь собственно об одиночестве.

Жизнь горожан складывается так, что одиночество — довольно редкое чувство и довольно редкая ситуация. Наверное даже, чаще случается ее противоположность — перенасыщение контактами и общением. Поэтому всякий раз, когда вам выпадает такая оказия, будь то час-другой без людей или месяц-другой без друзей, надо использовать этот случай как возможность потренировать свое умение чувствовать себя хорошо и побыть свободным и независимым. Одиночество — это свобода от привязанности к людям, к обществу. Как только рядом оказывается еще один человек, вы оказываетесь скованными приличиями, моралью, историей отношений, да даже просто необходимостью автоматической коммуникации хотя бы на уровне взглядов. Можно, конечно, работать и с этим, но это уже более высокий уровень. Пока вы в одиночестве — вы свободны в своих проявлениях, в своем поведении, в выборе своих эмоций. Вы можете посмеяться или поплакать, поесть пельмени руками или почесаться в интимных местах, выбрать свое настроение самому, самостоятельно, без оглядки на ближнего, построить свои планы… Если у вас случилось одиночество более высокого уровня — отсутствие одобрения, понимания, личной жизни, и так далее — у вас есть возможность быть свободным в формировании мнений и ценностей, привычек и предпочтений, быть самим собой, развивать свою самость, формировать и обустраивать личность. Вообще я считаю, что главные этапы развития происходят именно в одиночестве.

Еще раз, крупно: ОДИНОЧЕСТВО — ЭТО СВОБОДА. Независимость.

И важно привыкнуть к этой свободе и любить ее. При некоторой тренировке вы сможете даже при старательном давлении со стороны войти в состояние одиночества и избежать ненужного влияния. Не нуждаться в том, что вам не несет пользы. Быть собой, а не элементом общества, не сегментом рынка и не электоратом.

Одиночество при правильном использовании — важный, ценный и полезный ресурс, не пренебрегайте, пользуйтесь.

© Александр Лебедев


Нас только один
 
СторожеяДата: Суббота, 06.02.2016, 12:38 | Сообщение # 21
Мастер Учитель Рейки. Мастер ресурсов.
Группа: Администраторы
Сообщений: 16479
Статус: Offline
Стыд



Все мы знаем, что это такое. Всем, без исключения (ну, кроме психопатов) приходилось испытывать это чувство в своей жизни неоднократно, по пустым или серьезным причинам. И даже как-то не возникало вопроса, а что это мы такое чувствуем и почему? Мы были заняты переживанием.

Самое время закрутить сюжет и путем хитроумных рассуждений, вдоволь поинтриговав, дать ответы на эти вопросы, но не буду. Пойдем коротким путем. Нет, я в курсе, что лучше всего усваиваются ответы именно на те вопросы, которые возникают у читателя, но если у вас вопросов нет, то почитайте что-нибудь другое.

Итак. Во-первых, стыд — социальное чувство. То есть, его можно испытывать только по отношению к кому-нибудь, пусть даже воображаемому. Если вы — Робинзон Крузо на острове до появления Пятницы, то чувство стыда вам недоступно. Ну разве что по отношению к козе или попугаю. Во-вторых, это чувство, завязанное на статусе, на иерархической позиции. Ощущение «я плохой», «я хуже, чем должен быть», «кто-нибудь подумает про меня плохо». В-третьих, оно возникает как реакция на поступок, на слова, на мысли, на ситуацию: вы кого-то обманули, обидели, мысленно возвели напраслину, оказались с голым задом в трамвае. То есть, продемонстрировали поведение особи с низким статусом. Со статусом ниже того, который вы себе присвоили. В-четвертых, из «в-третьих» следует, что для того, чтобы ощутить стыд, требуется иметь в голове набор стереотипов того, «как должно» и «как не пристало». Более того, эти стереотипы должны быть настолько хорошо укоренены, чтобы несоответствие им вызывало эмоциональную реакцию.

Теперь резюмируем: чувство стыда возникает при осознании в первую очередь своего (хотя и не обязательно, можно стыдиться за кого-то) несоответствия правилам и уложениям о том, каким следует быть доброму гражданину (хорошему другу, честному партнеру, верному мужу, послушному члену стаи, и тому подобное), несоответствия этому образу. При этом существенно долженствование этому образу соответствовать и нарушение этого великого долга.

То есть стыд возникает во-первых, у того, кто позволил индоктринировать себя какими-то правилами, и во-вторых у того, кто эти правила нарушил. Процитирую свою статью «Несколько слов об идиотах»:

Известны пять степеней воспитанности:

0. Человек не в курсе норм поведения и потому не следует им.
1. Человек в курсе всех или некоторых норм поведения, и в состоянии им следовать при некоторых усилиях, собственных или внешних.
2. Человек сознательно придерживается известных ему норм поведения.
3. Человек неосознанно, автоматически следует нормам поведения.
4. Человек не только следует нормам поведения, но и требует этого от других.


Предполагаю, что не только мне, но и читателю понятно, что стыд при нарушении норм может появиться только у людей с 3-4 уровнем воспитанности. Оговорюсь, что эти нормы не даются полным набором, пачкой. Какие-то могут быть на уровне 0, какие-то — на уровне 5. Вот по поводу вторых может быть стыдно, а по поводу первых — нет.

Есть и побочная ветвь: человека (не всякого) можно застыдить, убедив его, что он нарушил важные для его референтной группы нормы.

Это очень важное и полезное для стаи (общества) чувство, индивидуальный регулятор поведения, заставляющий людей (и не только людей) следовать правилам, избегать их нарушения и требовать этого же от других, только на том основании, что поступать иначе — стыдно.

Что обычно делается со стыдом? Во-первых, его переживают. Человек при этом старательно снижает свой субъективный статус, искренне называя себя всякими нехорошими словами и осознавая, какой он гад. Во-вторых, восстанавливает этот статус обратно, искупая вину, демонстрируя «правильное» поведение, возмещая причиненный вред, получая внешнее одобрение, стороннее признание этого статуса, что в конечном счете сводится к деятельному закреплению норм, причем не только у себя, но и у окружающих.

В тяжелых случаях может довести до невроза и комплекса неполноценности.

Прекрасный механизм для автоматической регуляции поведения в стае и подчинения индивидуума социальным нормам!

Неприятность только в том, что свободному и независимому последователю Темной стороны силы не подходит авторитарный контроль автоматизма над своими чувствами и поступками. Да, последователь Темной стороны силы постоянно и усердно работает над тем, чтобы быть свободным и независимым, единственным хозяином себя, своих чувств, мыслей и поступков, и, если у него возникает чувство стыда, то впору устыдиться этого чувства, как недостойного разумного человека ярма, указывающего нам, куда идти, а куда — нет.

Однако мы уже знаем, что протест против чувств не помогает с ними справиться, обуздать или победить, или еще какую-нибудь глупость. Нас спасает контроль и использование себе на пользу.

Что делать последователю Темной стороны силы со стыдом?

В первую очередь — понять, что он еще не полностью свободен. Что висят у него на душе кандалы «ты должен» или «тебе нельзя». Нет, очень может быть, что это вполне разумные для обывателя ограничения, в конце концов, тот же Робинзон Крузо вполне закономерно объяснял Пятнице, что людей есть нельзя. Однако последователю Темной стороны силы — можно. Хоть и не нужно. Последователь Темной стороны силы всегда решает сам — есть или не есть. Не буду пугать, но изредка случаются ситуации, когда НАДО. И должен быть, по крайней мере, ВЫБОР. Лучше всего — холодный прагматический расчет, а не панические метания «ой, что делать!» и «ой, как стыдно!».

Итак, если мы чувствуем стыд, то это означает, что в нас присутствует неизвестно кем, неизвестно когда и неизвестно зачем встроенное ограничение на поведение, а то и на мысли. Последнее — уж совсем позорно. Разумный человек имеет право думать о чем угодно, а если что-то его ограничивает, не дает ему такой возможности, то этого права у него нет. Нет возможности — нет права. Независимо от того, насколько это ограничение может показаться «правильным», оно нам не нужно. Да, обычно есть человечину не требуется, но мало ли… Тем более, что лишние, не нами и без нашего согласия установленные долженствования и ограничения засоряют ценный банк полезных автоматизмов, так что на фиг, на фиг… И еще более того: этот лишний автоматизм — отличный рычаг для манипуляций. Нам надо оставлять неизвестно кому возможность нами манипулировать? Нет, не надо.

Поняв, что у нас в личности завелась окаменелость, лишняя кость, больное место, кнопка управления, следует предпринять усилия к устранению этого паразитического образования. Независимо от того, насколько вы сами, разумом, одобряете совершенный поступок или насколько случившаяся ситуация вам нравится, следует пересмотреть свое отношение к ним так, чтобы в этом отношении не участвовало чувство стыда, вины. Ну, про вину я еще отдельно напишу. Да, я ошибся, да, это неудачно, да, лучше, чтобы этого не было бы, да, ошибку желательно попытаться исправить. Но: я знаю, что время от времени я ошибаюсь, и это наверняка не последняя моя ошибка, и, как бы она мне не повредила, это естественное явление, не требующее тяжких переживаний.

Имеет смысл посвятить некоторое время моделированию подобных ситуаций, своих чувств и поведения по этому поводу, с использованием техники психологической десенсибилизации (гуглится) до тех пор, пока мы не сможем относиться к нарушенным нормам более-менее спокойно, прагматично, творчески осмысливая случаи нарушения и даже пренебрежения. В порядке закрепления можно попредставлять себе осознанное нарушение этих норм и, если это не повредит реальности, даже и понарушать их.

При этом возможен некоторый протестный перекос в сторону не аморальности, но антиморальности, однако обычно достаточно простого осознания этой возможности, чтобы этот откат был недолгим и несильным.

Итого: стыд — чрезвычайно точный и полезный индикатор вашей несвободы и указатель точки приложения сил для обретения большей независимости.

Пользуйтесь.

© Александр Лебедев


Нас только один
 
Форум » Читаем » Статьи » Темная сторона силы (Александр Лебедев)
Страница 2 из 2«12
Поиск: